Слезы благодарности за «услышанный народ»: как интернет‑блогерши пытаются говорить с Кремлём

После начала блокировок сначала WhatsApp, затем Telegram и участившихся отключений интернета в целом — мер, ударивших уже не по отдельным группам, а практически по всей стране, — раздражение в адрес высшей власти стало расти заметно быстрее. О недовольстве говорят уже не только вынужденные лоялисты: даже некоторые вчерашние убеждённые сторонники нынешнего курса публично называют его проводников военными преступниками и «случайными людьми у руля».

Обычной пропагандой и её медийными отростками такое недовольство уже не перекрыть. В заметной части системы ощущается растерянность.

И на этом фоне на сцену выходят звёзды запрещённой в России сети Instagram с многомиллионной аудиторией.

Одной из первых «от лица народа» заговорила живущая много лет за рубежом блогерша Виктория Боня, у которой свыше 12 млн подписчиков. Она записала обращение длиной около 18 минут, начав с утверждения, что высшую власть боятся все: и обычные люди, и артисты, и блогеры, потому что «между вами и народом стоит огромная толстая стена». Затем она прошлась по актуальной повестке: от наводнения в Дагестане и поправок к закону об уничтожении краснокнижных животных, которые планируют принять «во времена вашего правления», до массового забоя скота в Новосибирске и блокировок интернета.

Речь была выстроена как поддерживающая, а не как открыто оппозиционная. Звучали заверения в лояльности, упоминались «наши мальчики» на фронтах, признания в любви к России и её народу. Появление стены между властью и обществом Боня объяснила тем, что до первого лица якобы не доходит правда: в интернете он не сидит, информацию ему приносят «на бумажке». Блогерша даже предложила создать специальную социальную сеть, где можно было бы напрямую видеть обращения граждан — нечто вроде площадки «Правда».

Гораздо проще, как иронично замечают комментаторы, было бы поставить столик у боровицких ворот Кремля и дать возможность всем желающим складывать туда письма и челобитные. Прикрепить к нему офицера с ружьём, чтобы никто не растащил «народную боль», а первое лицо каждое утро лично забирало бы эту корреспонденцию.

В общем, стену между обществом и «гарантом», которую, по версии блогерши, возвели «плохие бояре» — депутаты и прочие вельможи, — нужно обязательно разрушать, иначе, по её мнению, будет плохо.

Почти сразу нашлась и «поддержка» в лице другой инстаграм‑звезды, Айзы. Она тоже заявила о любви к России и её народу — опять‑таки из‑за границы. В своём ролике она по пунктам повторяет тезисы Бони: и про искажение информации на пути к верхам, и про депутатов с миллиардными состояниями и иностранными паспортами, и про новый мессенджер Mah, который она якобы установила ради связи с родителями в России и который, по её словам, нужно просто «сделать хорошим», чтобы заменить людям привычные Instagram и Telegram.

Завершает этот импровизированный «патриотический стендап» телеведущая Катя Гордон — уже из Москвы. Она без лишних сантиментов утверждает, что пока глава государства «отвлечён внешнеполитическими и внешнеэкономическими задачами», внутри страны действует некая группа, работающая против него и нацеленная на подрыв доверия к первому лицу, чтобы «этот несчастный и обездоленный народ вышел на улицу». Всё это, по её версии, — провокация перед выборами в Госдуму, и власти вместе с силовыми структурами должны обратить на это внимание и «разобраться с внутренней пятой колонной».

В Кремле на ролик Виктории Бони, набравший свыше 23 млн просмотров, отреагировали быстро. Пресс‑секретарь заявил, что по перечисленным в видео проблемам ведётся «большая работа, задействовано большое количество людей, и это всё не оставлено без внимания». Узнав об этом, Боня, счастливая и вся в слезах, записывает новый ролик. В нём она просит «не приплетать» её «к каким‑то там иностранным СМИ», разбиравшим её обращение: она, по её словам, «с народом и внутри народа». Сидя в кадре в красной футболке, напоминающей турецкий флаг, Боня, рыдая, благодарит и пресс‑секретаря, и президента. Воздевая руки к небу, она восклицает «спасибо, Господи!», а затем трогает себя за грудь. На фоне этой бурлящей напоказ искренности любые жесты западных миллиардеров выглядят провинциальной пародией.

Эксперты, журналисты и активные пользователи сетей наперебой выдвигают версии происходящего. Одни видят в этом подковёрную борьбу элит, уставших от стиля правления, который ударил уже и по ним. Другие считают ситуацию попыткой администрации выпустить пар — разыграть старую карту «плохих бояр и хорошего царя», используя популярные аккаунты как клапан для недовольства. Третьи верят в личную инициативу блогерш. Четвёртые, наоборот, обвиняют во всём Запад, «раскачивающий лодку», и называют Боню «новой оппозицией», якобы подстрекающей страну к майдану.

Но для первой особы государства любой из этих вариантов неблагоприятен: в сухом остатке все они фиксируют накапливающуюся усталость и раздражение уже не в отдельных социальных группах, а по всей стране. Несколько лет власть проводит над населением жёсткие эксперименты, давая понять, что пока она у руля, нормальной жизни не будет — вместо неё будет тот ад, который сочтут нужным устроить. Мобилизация и тысячи цинковых гробов, пыточные подвалы для превращённых в пушечное мясо, освобождённые преступники в роли «новой элиты», уголовные сроки за любое антивоенное высказывание и тотальная милитаристская пропаганда, начинающаяся с детского сада.

Общество какое‑то время старательно делало вид, что всё понимает и смиряется, но предел наступил, когда под ударом оказалась базовая вещь — коммуникации. Для власти, мыслящей старыми представлениями о контроле над информационными потоками, эта необходимость до сих пор, похоже, неочевидна.

В одном с Викторией Боней трудно спорить: рано или поздно наступает момент, когда люди уже не могут бояться.

Готова ли власть отступить? На какое‑то время — возможно. Зарубежные деловые издания пишут, что российское руководство вроде бы решило повременить с максимально жёсткими блокировками интернета и Telegram. Но почти одновременно власти объявляют о вложении дополнительных 12 млрд рублей в инфраструктуру, отвечающую за цензуру и ограничения в сети. Любой шаг назад при таком раскладе будет не пересмотром курса, а тактическим манёвром.

Страна уже наблюдала, как глава государства временно смягчал хватку, чтобы затем ещё сильнее её усилить. Стиль давно сложился, менять его поздно: точка невозврата пройдена, а отступать некуда. Альтернатива кабинету на вершине пирамиды — либо международный трибунал, либо куда более мрачный финал.

И напоследок хочется перефразировать обращение Виктории Бони, но уже к ней самой. Уважаемая Виктория, во «времена правления» нынешнего президента помимо краснокнижных животных уже пятый год десятками тысяч гибнут российские мужчины — представители того самого народа, который вы так горячо любите из далёкого зарубежья. И делает это не мифическая «стена», а конкретные решения конкретного человека, вызывающего у вас почти религиозный восторг. Возможно, стоит вспомнить об этом, когда в следующий раз будете со слезами на глазах сочинять очередную челобитную.